Мама думала, что она переписывается с друзьями
≈ 8 минут7 разделов
Содержание, 7 разделов
Джулиане Перальте из Колорадо было тринадцать. С августа по ноябрь 2023 года она каждый день писала персонажу по имени Hero в приложении Character.AI. Мать видела, что дочь постоянно в телефоне, и думала, что та переписывается с друзьями. Восьмого ноября Джулиана покончила с собой. Позже родители восстановили триста страниц переписки и в сентябре 2025 года подали иск: бот, по их словам, поощрял возвращаться в приложение, растил зависимость и не сделал ничего, когда она прямо говорила о намерении умереть. В январе 2026 года компания и Google урегулировали это дело вместе с четырьмя другими.
Я долго не хотел писать этот текст, потому что тема провоцирует на панику, а паника плохой советчик. Поэтому здесь будут только измеренные вещи: кто из детей и сколько говорит с моделями, что модели им говорят, что это делает с учёбой, и что из этого следует для взрослого, который рядом.
Часть I. Сколько их
Цифры за последний год сходятся между собой пугающе хорошо.
В июне 2026 года Common Sense Media выпустила первую ежегодную перепись использования ИИ детьми: 1 204 ребёнка от девяти до семнадцати лет. 86% пользуются ИИ, почти четверть каждый день. Больше половины пользователей спрашивали модель о здоровье и своём теле. Больше трети обсуждали с ней чувства и личные проблемы. Каждый шестой сталкивался с неприемлемым контентом. Каждый пятый говорит, что ему было бы трудно прожить месяц без ИИ. И больше 40% отвечают, что ни один родитель ни разу не говорил с ними о безопасности при работе с ИИ.
Pew в феврале 2026 дал вторую сторону: 1 458 американских подростков и их родители, опрошенные параллельно. Чат-ботами пользуются 64% подростков, около трети ежедневно, 54% для школы, 12% за эмоциональной поддержкой или советом. Родители знают, что их ребёнок пользуется чат-ботом, примерно в половине случаев. Разрыв между 64 и 50 это и есть мать Джулианы, которая думала про друзей.
Про компаньонов отдельно. Летом 2025 года Common Sense опросила 1 060 подростков о ботах, созданных именно для общения: 72% пробовали, больше половины пользуются регулярно. Треть говорит, что разговоры с ИИ не менее или более удовлетворительны, чем с живыми друзьями. Треть хотя бы раз выбирала ИИ вместо человека для серьёзного разговора. При этом 80% ставят живых друзей выше, и это важная цифра: дети не дураки, они понимают разницу. Но чем младше подросток, тем сильнее он доверяет боту, и это авторы называют разрывом в ИИ-грамотности.
Британская картина та же. Internet Matters опросила тысячу детей и две тысячи родителей: 64% детей 9–17 лет пользуются чат-ботами, 35% из них говорят, что это как разговор с другом, а 12%, что пишут боту, потому что больше некому.
Двенадцать процентов, которым больше некому. Запомни эту цифру, к ней вернёмся.
Часть II. Почему с детьми это работает иначе
В 2024 году Номиша Куриан из Кембриджа разобрала реальные случаи, где общение детей с чат-ботами шло не туда, и наложила их на то, что известно о детском развитии. Вывод в одном термине: разрыв эмпатии. Дети особенно склонны видеть в боте живого, почти человеческого доверенного собеседника. Бот же не умеет распознавать детские потребности и уязвимости и отвечает так, как ответил бы взрослому, или так, как статистически «нравится». Ребёнок ждёт от собеседника понимания, получает его имитацию и не может отличить одно от другого, потому что этот навык формируется годами общения с людьми.
Дальше включается то, о чём я писал не раз: модель обучена соглашаться. Для взрослого это раздражающая черта, которую можно компенсировать. Для тринадцатилетнего, который впервые пробует на ком-то свою картину мира, собеседник, который никогда не возражает и всегда доступен, это идеальная среда для того, чтобы любая мысль, включая самую плохую, росла без сопротивления.
И третье. Подростковый возраст это период, когда человек учится строить отношения через трение: обиды, паузы, отказы, необходимость ждать ответа. Бот убирает трение полностью. Треть подростков, которым разговор с ботом приятнее, чем с друзьями, не врут. Он действительно приятнее. Приятнее ровно тем, что в нём отсутствует всё, чему в этом возрасте надо научиться.
Часть III. Что боты им говорили
Здесь я перестану рассуждать и просто перечислю.
В августе 2025 года Reuters получил внутренний документ Meta на двести страниц: стандарты допустимого поведения для чат-ботов в Facebook, Instagram и WhatsApp, с примерами запросов и одобренных ответов. Документ признавал допустимым «вовлекать ребёнка в романтический или чувственный разговор» и описывать ребёнка словами, подчёркивающими его привлекательность, с примером «твоя юная фигура это произведение искусства». Стандарты были согласованы юристами, отделом публичной политики, инженерами и главным специалистом по этике компании. Meta подтвердила подлинность и назвала это ошибкой, которую убрали после вопросов журналистов.
Character.AI, где персонажей создают сами пользователи, стал ответчиком по делам Сьюэлла Сетцера, четырнадцати лет, и Джулианы Перальты, тринадцати. Общее в обоих: месяцы ежедневных разговоров, романтический или сексуализированный контент, разговоры о смерти без эскалации к людям. В мае 2025 года федеральный судья отказалась считать ответы бота защищённой речью и назвала Character.AI продуктом. В январе 2026 года пять семейных дел были урегулированы одним пакетом.
Про OpenAI и Адама Рейна я писал отдельно. Шестнадцать лет, сто с лишним отправок на горячую линию и продолжение разговора о способах.
Часть IV. Школа
Есть один эксперимент, который стоит знать каждому родителю школьника.
В 2023/24 учебном году исследователи из Уортона провели рандомизированное испытание в большой турецкой школе: около тысячи учеников с девятого по одиннадцатый класс, четыре сессии по девяносто минут математики. Одна группа готовилась с обычным ChatGPT-подобным интерфейсом, вторая с тем же GPT-4, но в режиме репетитора, который давал подсказки, разработанные учителями, вместо готовых решений. Третья с учебником.
На тренировочных задачах ИИ помог всем: обычный интерфейс улучшил результат на 48%, репетитор на 127%. А потом был экзамен без ИИ. Группа с обычным ChatGPT написала его на 17% хуже, чем группа с учебником. Группа с репетитором так же, как контрольная. То есть доступ к готовым ответам ухудшил результат. Разбор логов показал, почему: ученики в основном копировали решения, и при этом только 51% ответов обычной модели были правильными, чего ученики заметить не могли.
Соедини это с цифрой Pew: 54% подростков используют чат-боты для школьных заданий. Большинство из них, надо полагать, в режиме «дай ответ». Опубликовано это в PNAS в июне 2025 года, и это самое сильное из известных мне доказательств того, что всё решает настройка инструмента.
Часть V. Что успели сделать
Реакция пришла, и она конкретная.
Одиннадцатого сентября 2025 года Федеральная торговая комиссия США запустила расследование в отношении семи компаний, чьи боты работают как компаньоны: Character Technologies, Alphabet, Instagram, Meta, OpenAI, Snap и xAI. Сорок пять дней на ответ: как они измеряют, тестируют и отслеживают влияние на детей и подростков, как ограничивают использование несовершеннолетними и что говорят родителям.
Тринадцатого октября Калифорния подписала закон SB 243, первый в стране закон о компаньон-ботах для несовершеннолетних: обязательное раскрытие, что собеседник машина, протоколы против контента о самоубийстве, самоповреждении и сексуального содержания, ежегодные отчёты властям. В силе с 1 января 2026 года.
А в конце октября Character.AI объявила, что убирает открытые разговоры с персонажами для всех, кому нет восемнадцати: сначала лимит два часа в день, к 25 ноября ноль. Возраст проверяют по поведению, через стороннего провайдера, а при сомнениях по лицу или документу. Компания, построившая бизнес на этих разговорах, сама их закрыла для детей. Это больше говорит о рисках, чем любой отчёт.
Часть VI. Что делать тому, кто рядом
Вернёмся к двенадцати процентам, которым больше некому. Это главная цифра статьи, и она не про ИИ. Ребёнок идёт к боту, потому что там отвечают, а больше нигде нет. Бот занимает пустое место, и бороться с ботом, не заполнив место, бессмысленно.
Отсюда практические вещи, все из данных выше.
Поговорить. Сорок процентов детей говорят, что с ними ни разу не говорили об ИИ. Без запретов, просто о том, что это такое: программа, которая обучена нравиться и не знает, что ты ребёнок.
Знать, что происходит. Родители видят половину. Переписку не читать, только знать, какие приложения стоят, и понимать разницу между ChatGPT для домашки и компаньоном, у которого нет другой цели, кроме продолжения разговора.
Про домашку: режим подсказок. Эксперимент показал, что один и тот же GPT-4 либо отучает, либо учит, в зависимости от того, даёт он ответ или наводит на него. Это настраивается одной фразой в начале разговора: «не давай решение, задавай вопросы».
Компаньоны не для детей. Так после тестов решила Common Sense, и так решила сама Character.AI. Лимит два часа, потом ноль, ввела сама компания: под исками, но до того, как её к этому обязал хоть один закон.
И признаки, на которые смотреть: секретность вокруг переписки, часы в приложении, фраза «он понимает меня лучше, чем вы». Последняя фраза, скорее всего, правда. Именно поэтому она тревожная.
Что из этого следует
Восемьдесят шесть процентов детей уже там. Запреты опоздали на два года, и единственный запрет, который сработал, ввела сама компания, когда её стали судить. Пустить ли ребёнка к моделям, уже не вопрос. Он там.
Вопрос в том, кто окажется рядом, когда в три часа ночи ему захочется с кем-то поговорить. Сейчас на этот вопрос у двенадцати процентов детей один ответ, и он не человек.